Category: знаменитости

Category was added automatically. Read all entries about "знаменитости".

(no subject)

Или ещё очень радуются некоторые, что наши заколебавшие всю страну поп-звёзды теряют в доходах.
Я их не люблю гораздо больше, чем вы, братья-сёстры.
Я бы даже как-то так постарался сделать, чтоб когда карантин снимут, об этом не стали бы сообщать Киркорову, Бабкиной и трио "Голубые штиблеты". Чтоб они так и сидели на карантине вечно.
Но, Господи, люди мои.
Киркоров может на карантине двести лет просидеть, ему пофигу. Наш щедрый народ проплатил ему и его потомкам сытость и удивительные наряды из перьев и сияющих камней.
А вот как будут жить те, кого я люблю - Бранимир, "Аффинаж", Типси Тип, "Ундервуд" - короче, десятки музыкантов, которые вкалывали и зарабатывали по бОльшей части на концертах, я не очень понимаю.
Моя собственная команда - "Элефанк" - которая, в связи с моим уходом в иные сферы, работает как ВИА "Натанцы" - выступая за считанные рубли где позовут - вот они как будут жить? У них у всех дети, долги и всё такое.
И в каждом регионе России по десятку таких групп, а то и по сотне.
А вы "Киркоров-Киркоров". "Корпоративы-корпоративы".
Заладили.
Нашли чему радоваться.
Прям сидит Киркоров возле разбитой копилки и считает мелочь. И плачет огромными коровьими слезами.

(no subject)

В программе участвовали: ваш покорный слуга, член экспертного совета партии За Правду Дмитрий Куликов и член Политсовета Олег Матвейчев. Осваиваем информационные пространства по одному и в компании соратников. Мы с начала второго часа идём почти подряд.

(no subject)

Новая злая колонка.

https://svpressa.ru/blogs/article/258444/?fbclid=IwAR2NV_FeYnmZW7KTepFl15Dc1Pp9ROZquMDcWeclzNPV43IKXbDBvDWOQ8U

Шапито атакует балаган

О том, почему серьёзные начинают и выигрывают

Сегодня слишком смешно.

Отчего-то всё время вспоминаю поэта Александра Блока: как он не любил, когда смешно, когда хохот и раскрыты рты.

Я нигде не читал об этом, но откуда-то знаю, что не любил.

Большевики, стремясь к победе, когда работали — смеялись совсем мало. Ленин, Сталин, Троцкий написали десятки томов — они даже улыбаться себе почти не позволяли в своих сочинениях. Мир был серьёзен. Мир всерьёз требовал от них: измените меня всерьёз.

Их оппоненты тоже не слишком смеялись.

Хмуро ходила чёрная сотня. Не похохатывали кадеты. Эсеры не прыскали в кулак по поводу и без повода. У Бориса Савинкова ничего смешного нет, у него конь бледный скачет: до смеха ли.

Сегодня слишком много весёлого.

Это признак нездоровья.

Обратите внимание, как работала украинская пропаганда все эти постмайданные годы.

Не знаю, кто их научил, но они всё время пересмешничали, кривлялись, хохотали. Похабно пели. Строили рожи. Когда я вспоминаю представительниц их политологического сообщества, обитающих на нашем телевидении: я сразу вижу их улыбки. Они непрестанно улыбаются, во всё лицо, на любую новость, будь то пожар, бомбёжка или убийство.

Но я несколько лет жил и работал на Донбассе: я помню, что там, среди местных, всё было всерьёз.

На Донбассе почти не распространяли карикатур и демотиваторов, не записывали дурацких роликов, там отсутствовал разговорный блогерский жанр.

На фоне хохочущего Киева — Донбасс будто бы выглядел отсталым.

Но смех в наши дни куда чаще признак слабости, а то и глупости — а никак не ума.


Соседняя несчастная страна теряет колоссальные территории — и хохочет. Орёт, как укушенная. Кривляется. Скачет. У неё что, есть реальные, разумные поводы для смеха? Страна находится во внешнем управлении и торгует собственной землёй — но продолжает хохотать. Комики повсюду, один из комиков даже добирается до кресла президента.

Лечиться надо — они хохочут.

Что нам напоминает такая прогрессивная, такая европейская Украина?

Да, она отчасти напоминает Россию сегодняшнюю и очень сильно напоминает Россию в 90-е. Россия хохотала в те годы. Обвалили империю, по всем окраинам шла гражданская война, на Кавказе вырезали русских, артиллерией разносили целые города, по Москве бродил миллион бомжей и миллион беспризорных — а нация заходилась в припадке смеха.

От этого хохота веяло бесовщиной.

Иные по сей день желают хохотать. Раскрыть рот и хохотать: ха, ха, ха.

Самую большую кассу собирают кинокомедии. Комики — самые популярные люди и в нашей стране. У дурацких видео с некими «приколами» — триллионы просмотров.

И, конечно же, у нас очень смешливая либеральная оппозиция. Истерический смех — их стиль.

Кто воспитывал детей, помнит минуты, когда малые дети сначала хохочут, потом вдруг начинают рыдать в жесточайшей обиде, а потом снова, без перехода, хохочут.

И оппозиция у нас такая же.

Лидеры нашей оппозиции будто нарочито ведут себя как артисты разговорного сатирического жанра.

Икона протестного движения — Борис Немцов — всё время хохотал и выглядел как стендап-комик.

Александр Невзоров — по типу: злой комик. Артемий Троицкий: философски настроенный комик.

Навальный — отличный, я говорю без иронии, артист разговорного жанра; он смешно шутит; иногда даже очень смешно. Он настоящий сатирик.

Сергей Шнуров — ещё один пламенный и племенной тип сатирика.

Шнур — подросшее дитя, которое выучило матерные слова, и громко их выкрикивает, пытаясь удивить взрослых. Но взрослые за каждое матерное слово дают ему по рублю. Он прячет рубли, как делали в старину, за щёку. Приходит домой, сплёвывает в ладонь: скользкие, зато много.

Василий Обломов так люб оппозиции, потому что смешит.

Это настолько ходовой жанр, что юмористические песни стали сочинять Макаревич и Гребенщиков. Песни первого я не в силах даже цитировать; второй тоскливо поёт про «Вечернего мудозвона». О, как смешно. Я едва не сломал себе лицо, желая засмеяться.

Дмитрий Быков похож сразу и на Карабаса-Барабаса, и на нескольких артистов из театра Карабаса-Барабаса.

Гудков-старший тоже похож на Карабаса, от которого уже сбежали все артисты. Он смотрит глазами, двигает губами и всё время будто бы находится под водой.

Илья Яшин совсем не умеет шутить, зато он похож на Пьеро, которого даже не надо гримировать.

Они так выглядят сами, но обожают всех высмеивать; это создаёт какой-то немыслимый эффект.

Это как если бы Светлана Алексеевич начала писать юмористические рассказы про Светлану Алексеевич.

Но ведь ей не надо писать юмористические рассказы. Она сама по себе юмористический рассказ.

Другие, впрочем, пишут.

Виктор Шендерович — идеальный тип либерального оппозиционера. Такое ощущение, что он всё время на гастролях. Он на гастролях, и ездит по городам и весям с лекциями про клоунов и шапито.

Это — зрелище. Это впечатляет и заставляет задуматься. Профессиональный клоун, проклинающий балаган.

Бабченко и Муждабаев однажды поехали в Киев с гастролью, и не смогли вернуться. Нашли себя, нашли себе достойную артистическую работу.

Самая смешная реприза Бабченко: «Не скорблю».

Номер Бабченко с мнимым убийством Бабченко, и следующий его номер — с попыткой стать гражданином Израиля — это убойные штуки. Такие вещи уже не перешутишь никогда, сколько не старайся.

Муждабаев разработал жанр «видео-доноса», внешне очень серьёзный; но только внешне.

Чтоб перезагрузиться, на миг закройте глаза и мысленно выведите на арену цирка Аркашу и Айдера. В одном два метра роста, в другом полтора. Просто поставьте их рядом, и все вопросы о реальном предназначении их талантов сразу же снимутся.

Я не очень люблю характеризовать оппонентов, используя внешние признаки: это, в сущности, дурно. Но в сегодняшнем разговоре я не в силах сдержаться. Невозможно сдержаться, когда это настолько очевидно.

Нашей оппозиции именно поэтому так органично себя чувствовала в 90-е: там было смешно, там хохот, хохоча, хохотал.

Посмотрите на комментарии, которые так любят оставлять либеральные оппозиционеры где ни попадя: «шапито», «клоуны», «балаган», «гы-гы». Такое ощущение, что они не комментируют, а представляются.

Так старые развратницы всё время кричат о разврате: у них в этом месте (души, а то мало ли, как вы поняли) болит и чешется.

Они знают о чём речь.

Но я воспитан на несколько иных примерах.

Вы можете быть правым, а можете быть левым, но я никак не могу себе вообразить ни комика Столыпина, ни комика Дзержинского.

Кастро и Че Гевара — это совсем не смешно.

Пока, в 90-е и «нулевые» были молоды нацболы - все мы были крайне, категорично серьёзны. Мы не боялись пафоса, мы не пугались патетики. Нацболы сидели по тюрьмам — это было не смешно.

Сам Лимонов тогда выглядел страшно серьёзным — и либеральные комики, в том числе те, что толпами ходили тогда по кремлёвским кабинетам, собирая дань на борьбу с радикалами, — очень над ним смеялись. Гламурный фашист Эдичка казался им ужасно смешным. Все нацболы казались им забавными чудаками. Это сейчас наша либеральная общественность чуть потеплела к нацболам — а тогда хохотала: какие смешные, нелепые, глупые подростки.

Но эти подростки были едва ли не последним в российской политике тех времён, к чему стоило относиться серьёзно.

Настоящее редко бывает разноцветным, оранжевым, вызывающим смех — пусть даже счастливый смех.

Настоящее выглядит как священник Смирнов. Поэтому он так бесит: он верит, и он невыносимо серьёзен.

Настоящее выглядит как донецкие ополченцы, как Александр Захарченко, как Мозговой, как Гиви — над ними жутко пересмешничали, у пересмешников глаза лопались от хохота и губы никак не могли соединиться. Зубы мёрзли — так смеялись.

Но серьёзные начинают и выигрывают.

Даже если они по дороге умирают — выиграют только серьёзные.

(no subject)

И после трудов праведных, и вопросов каверзных, донецкие сразу друг к другу липнут. Иван Иваныч, Араб из "Некоторые не попадут в ад", и советник Бати - Казаков, он же Казак, он же Александр Юрьевич.

(no subject)

Забавно.

Матвей Раздельный /ФБ/
.
Какое восхитительное (в этом моём предложении закавычивайте любое слово по вкусу) стихотворение сочинил наш новый Пушкин под изящным псевдонимом Шнур про партию Захара Прилепина сотоварищи «За Правду».

Во-первых, в следующих, например, строчках прекрасны и форма, и содержание:

«Весь гротеск и буффонада,
Что не личность, то типаж».

Содержание: про гротеск и буффонаду нам пишет человек, значительную часть своей жизни рекламировавший «Аликапс», плясавший на сцене в красных стрингах etc.

Форма: во фразе «что не личность, то типаж» не может употребляться частица «не», исключительно «ни».

Далее:

«Шило в сахаре не скроешь,
И оркестр грянет туш!»

Строчки написаны четырёхстопным хореем с детской <ученической> ошибкой: чтобы размер был выдержан, в слове «оркестр» должно наличествовать три слога, а не два. Шнур же по-дилетантски предлагает читать не «ор-кестр», как надо, а «ор-кес-т[о]р».

Мелочь, скажете вы? Пусть так, мелочь. Но крайне показательная, особенно когда ты высмеиваешь «писателя-мента» и когда у тебя других подобных мелочей вагон и маленькая тележка, как то: фраза «Господи благослови!» без запятой, слово «в прочем», написанное раздельно, etc.

И под постом — трогательная надпись: «Отредактировано».