Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

(no subject)

Так как всюду обсуждают новую экранизацию поэмы "Мёртвые души" (я ещё не видел, только про себя отрывок), напомню одну цитату из Гоголя, своевременную. Если любой из создателей фильма способен прочесть её вслух и с чувством - значит, всё в порядке. Способен?
"Поблагодарите Бога прежде всего за то, что вы русский. Для русского теперь открывается этот путь, и этот путь есть сама Россия. Если только возлюбит русский Россию, возлюбит и всё, что ни есть в России. К этой любви нас ведёт теперь Сам Бог. Без болезней и страданий, которые в таком множестве накопились внутри её и которых виною мы сами, не почувствовал бы никто из нас к ней состраданья. А состраданье есть уже начало любви.
Но прямой любви ещё не слышно ни в ком, — её нет также и у вас. Вы ещё не любите Россию: вы умеете только печалиться да раздражаться слухами обо всём дурном, что в ней ни делается, в вас всё это производит только одну чёрствую досаду да уныние. Нет, это ещё не любовь, далеко вам до любви, это разве только одно слишком ещё отдалённое её предвестие.
Нет, если вы действительно полюбите Россию, у вас пропадёт тогда сама собой та близорукая мысль, которая зародилась теперь у многих честных и даже весьма умных людей, то есть, будто в теперешнее время они уже ничего не могут сделать для России и будто они ей уже не нужны совсем; напротив, тогда только во всей силе вы почувствуете, что любовь всемогуща и что с ней возможно всё сделать.
Нет, если вы действительно полюбите Россию, вы будете рваться служить ей; не в губернаторы, но в капитан-исправники пойдёте, — последнее место, какое ни отыщется в ней, возьмёте, предпочитая одну крупицу деятельности на нём всей вашей нынешней бездейственной и праздной жизни. Нет, вы ещё не любите Россию. А не полюбивши России, не полюбить вам своих братьев, а не полюбивши своих братьев, не возгореться вам любовью к Богу, а не возгоревшись любовью к Богу, не спастись вам".

(no subject)

Так.

https://www.facebook.com/menshikova.yulia/posts/3877475682308942

Ульяна Меньшикова в МХАТ им. М. Горького.
·
«О, это истинный храм искусства, при входе в который вы мгновенно отделяетесь от земли, освобождаетесь от житейских отношений!..
Вы здесь живете не своею жизнию, страдаете не своими скорбями, радуетесь не своим блаженством, трепещете не за свою опасность;
здесь ваше холодное я исчезает в пламенном эфире любви...
Но возможно ли описать все очарования театра, всю его магическую силу над душою человеческою?..
О, ступайте, ступайте в театр, живите и умрите в нем, если можете!.."
Я хотела написать об этом ещё вчера, но кроме знаменитой фразы Виссариона Григорьевича на ум не приходило ничего из-за избытка, да нет, какой-там избыток, от переизбытка эмоций и я попросту не нашла ни слов, ни сил разместить даже фото с этого вечера, настолько была потрясена постановкой «Лавра» во МХАТе имени Горького.
Жития святых… Сколько я их читала, сколько слушала на праздничных храмовых чтениях – не счесть. И в обычной моей церковной жизни довелось встретить людей, которые, пусть и не обрели славы среди человеков и имена их не были внесены в канонические святцы, но примером своей жизни они являли такие невероятные высоты духа и чистоты жизни, что не помнить о них просто не получается, особенно в минуты уныния или малодушия, когда совесть говорит тебе : «Вспомни N* и подумай, как поступил бы он».
И вот на сцене театра перед тобой, уже много видевшим, много слышавшем, много размышляющем о вопросах церковного искусства и литературы где ты уже всё видел, всё слышал, много прочёл и ничего уже не ждешь и при каждом удобном случае вворачиваешь соломоново, устало :«Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем.» разворачивается действо, к которому ты вовсе не был готов.
Здесь, в среде, где каждый день не служится литургия и где нет специально обученных и облечённых специальной властию «связывать и разрешать» людей происходит нечто такое, что переворачивает твою душу и сознание чуть более, чем полностью, потому что увидел, услышал и почувствовал то, что называется гармонией надмирного пространства, к которому всегда стремилась душа, подталкиваемая твоими ещё теми, «из прежних времён» учителями, твердившими, что всё, что ты делаешь – служишь, поёшь, читаешь, должно быть «похожим на небо, где пребывает Господь во славе Своей». И всё, чем ты богат – все дары, все таланты, все свои силы ты должен положить на служение Богу, людям и сейчас я скажу страшное и неприятное для многих слово – Родине.
А ты просто живёшь. Трудишься. Где-то у тебя что-то получается, что-то не очень. Что-то и не получается вовсе, и ты ищешь, ищешь идеал, не находишь, печалуешься об этом, а потом Господь приводит (через силу надо сказать, я настолько нынче больна и неповоротлива, что любое усилие, даже просто одеться и обуться уже подвиг) в место, где всё понятно, где всё становится на свои места и где не проворачивают тебя через эмоциональную мясорубку, из которой ты выходишь ни на что не годным фаршем из мыслей и чувств и потом ещё долго отходишь, фасуя это по полочкам души…
И всё, что ты увидел, что духовно тебя потрясло, человека глубоко церковного - сделали люди. Люди, не закончившие духовных семинарий и академий, не носящие крестов и панагий и, вполне даже может быть, не держащие постов и редко ходящие к причастию. Ты ни разу их не видел в инстаграмме с весёлыми мемами про Православие, над которыми ухохатываются тысячи фолловеров, они не пели в рясах и клобуках песни на сомнительных шоу-проектах, но им удалось то, чего годами и добивались и не добились те, кому это было положено и возможно по статусу и возможностям.
Я говорю о миссионерстве. Не знаю, многие ли пойдут после просмотра спектакля в храм, но то, что многие задумаются о том, что такое вера православная, которая на протяжении многих веков была для Руси определяющей всё константой. Будут думать почему и зачем человек может всю свою жизнь положить на исправление всего лишь одной ошибки, которую в нынешнем веке никто бы и не назвал ни ошибкой, не преступлением. Так… Обстоятельства, которые перешагнул и пошёл жить дальше.
И подумают о том, как тяжело перетерпевать ложь и поношения и тумаки от тех, кто пользуясь твоим долготерпением клевещет только ради того, чтобы отвести от себя удар или вообще просто так, от гнилости души.
Но, возможно,увидев то, с каким смирением и в молчании человек это всё переносит рано или поздно, тайно или явно раскается в своей злобе и несправедливости. А может быть и не раскается, но всё равно он в глубине души знает, что "Внезапно Судия приидет, и коегождо деяния обнажатся" и всё тайно совершённое станет явным. И станет мучительно стыдно и настанет время покаяния…
А ещё станет понятно, что вера нисколько не противоречит знанию, потому, что знание наше это всего лишь постижение того, что уже есть и было и будет, а нам только приоткрывают немного завесу над этой тайной. И время всё спрессовано здесь и сейчас– и прошлое и будущее и настоящее…
Ещё до выхода спектакля пришлось читать рецензии любителей смеяться над «скрепами», над верой и святостью.
Скажите, а что такого и когда это случилось, что слова из заповедей «аз есмь господь бог твой», «не сотвори кумира», «не убий, не укради», «почитай отца и мать» , и евангельское : «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» и «Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится» - стали глупыми, смешными и не нужными? Не для каких-то там условных злодеев, а для очень большой части общества?
Когда и почему стало не стыдно смеяться над верой отцов, над подвигами и победами пращуров? Когда и кто решил, что победами и подвигами не нужно гордиться, а можно и нужно лишь скорбеть на могилах погибших? Почему нужно вымарать, вычистить, выхолостить своё историческое наследие так, что в памяти останутся только «попы на мерседесах» и пресвятые Пусси, танцующие на амвоне храма, а святцы упразднятся и жития великих святых, прославивших и веру и страну свою низведутся до уровня сказочек, изучаемых этнографами и фольклористами? Как всё стало мелко, Господи ты Боже мой. Как мелко!
И мысль эта не оставляет уж второй день, спасибо театру.
Спасибо написавшему. Спасибо поставившему. Спасибо игравшим. Спасибо поющим и танцующим. Спасибо сидящим за звуковыми пультами и тем, кто управлял светом. Спасибо костюмерам и гримёрам. Спасибо художникам-сценографам. Спасибо всем, кто трудился над этим замечательным действом, эстетически великолепным, не превращённом в лубок и не погрязшем в скучном морализаторстве на религиозную тему.
Спасибо за то, что дали возможность подумать о любви к своей Родине. Где и праведные и грешные, где юродивые и блаженные, где величие духа и низость его покрываются милосердием и любовью Божией. От того и живы мы все и не сгинули еще во времени.
Спасибо за то, что вчера хотелось и жить и умереть в театре. Браво!
Виктория Мусина-Пушкина, дорогая, спасибо за приглашение и возможность прикоснуться к настоящему театральному искусству.
P/S/ Я точно знаю, что эта постановка взорвёт культурное пространство Москвы. Её будут или хвалить или исступлённо поносить, средних градусов точно не будет. Но это лишь признак того, что всё сделано очень талантливо. А талант, он, как известно, от Бога даётся.

(no subject)

Просто время сменилось, верно я понял?
Я без осуждения. Я просто спрашиваю, верно ли я понял.
Книжек дома нет, потому что всё помещается в телефон.
Всех этих залежей пластинок за тридцать лет тоже нет - всё помещается в телефон.
Имена сочинителей и музыкантов не запоминаются - а зачем? Послушал, прочитал, забыл. Или даже не послушал и не почитал, а прослушал и пролистал.
Собственно, и квартиры нет - иногда потому что не досталась, но, в сущности, всегда легче снять, а потом переехать.
И ещё раз переехать.
Родина - из той же оперы. Ну, "Родина..." - чего с ней делать, как соску носить во рту? Сегодня здесь, завтра там. Родина - там, где радость и тепло. Ну или что там ещё надо.
Слишком душное слово, которое надо тащить на своём горбу, а спасибо всё равно никто не скажет.
Семья и всё такое прочее - примерно так же. Нелепые и очень трудные привязанности, которые не понятно куда надо донести.
Ребёнок, в сущности, может быть, например, один - уж как-нибудь по пути вырастет.
Бога совсем нет - ну а куда его-то? Чего с ним делать?
В общем, Бога нет.
Но если кому нравится - пусть верят, чего с них взять.
Идеалы тоже - смешная штука. Социализм какой-то, монархизм. Красные, белые. Ленин, Деникин. Дурь.
"Надо вперёд смотреть".
Так? Или обостряю?
Теперь будет так?
Как человек прежнего воспитания, втайне я думаю, что носителей подобной картины миры однажды придёт и изнасилует носитель противоположной картины миры, или хотя бы носитель части ценностей противоположного толка - например, без книжек, и без музыки, - но с Богом и с идеалами.
Но тот, у кого имеются книжки и музыка - они потом изнасилуют тех, кто без книжек. Если вы понимаете о чём я.
Впрочем, в том мире, который описан выше - никто никого не насилует, кроме Вайнштейна и российского телевидения.
Собственно, секса там тоже нет. Фигня какая-то эти половые отношения, никакого в них смысла.
Так в чём смысл-то? Вот что я так и не понял. Смысл-то в чём?

(no subject)

Был. Янина Лазаревна прямо выступила за концлагеря для русских на Украине. Мне нравится. Даже не знаю, зачем я это всё комментировал. Но комментировал.
Надежда на самом деле есть. Украину вернём. До Днепра. Свято верю.

(no subject)

Бесстрашный человек был.
Я и сам был "не со всем согласен".
Но, Боже ты мой, какое имеет значение наше вечно возбуждённое "несогласие", - если мы имеем дело с удивительной и последовательной человеческой цельностью.
И, потом, чего мы такие обидчивые стали? Люди словно никогда не читали Священное Писание, и поэзии, кстати, тоже не читали никогда. Прямолинейные как лопаты многие из нас. Всё в лоб воспринимают, всё однозначно. Так и норовят обидеться.
Всё время надо оглядываться, не обидишь ли ты чудака или дурака. Да даже и хорошего человека - не обидишь ли.
И в итоге иной раз смолчишь - когда молчать не надо.
Он не молчал.
Дай, Господи, сил говорить, не озираясь. Оглядываясь только на Того, Кто.

https://svpressa.ru/society/article/279176/

(no subject)

Читатели про книги, Есенина и Соловки.

1.
Прочитана биография Сергея Есенина за авторством Захара Прилепина. Пришло время подвести итог этого чтения.

Главное, что мне открылось — моя нелюбовь к Есенину связана, исключительно, с тем, что в моей голове его образ напрочь связался с Сергеем Безруковым из сериала «Есенин». Это так глупо, что требует объяснений, которые я дать не в состоянии. Меня просто, без причины, раздражает Безруков — вот это раздражение перекинулось и на Есенина. Лишь одно тёплое воспоминание, прямиком из детства: я с мамой жду новой серии сериала «Участок». Вся остальная «безруковщина» только негативом бередит душу.

На первых страницах я ещё пытался как-то более веско оправдать свою неприязнь к Есенину. Благо, что материала его биография предоставляет достаточно. Постоянная ложь, хитрость, алчность до славы, блуд и, наконец, алкоголизм со всеми вытекающими погромами, скандалами, выходками.

Вывод напрашивался сам собой — это биография отъявленной мрази.

А можно ли назвать так человека, который всю жизнь истово верил в Бога, искал его и ждал? Можно ли назвать так человека, который не любил никого/ничто сильней, чем Родину? Можно ли назвать так человека, который не смотря на свою веру и любовь, ежесекундно проверял свои убеждения сомнениями? Больше узнавая Есенина, я больше находил соответствий со своими духовными поисками: поиск Бога, истины, народа и Родины. Другое дело, что я не являюсь вместилищем того Дара, которым обладал Есенин. Оттого мне и не понять, для чего нужно было себя убивать (тут не про самоубийство; имеется ввиду запойный образ жизни), разбазаривая данное, теряя взращённое.

Кто-то пусть назовёт, а я не смог. Человек сочиняющий настолько сильные стихи, что при чтении щемит в горле, не может не носить в душе хотя бы малую часть света и добра. Тут напрашивается аналогия с нейтронными звёздами, затерянными в космосе — высокой плотности, при малом размере, нечто положительное в огромной пустоте пьянок и дебошей.

Я намеренно обхожу различные теории заговора, связанные с самоубийством поэта — склонять давно почившего человека вправо, или ещё в какую сторону, есть самое настоящее кощунство. Есенин принял революцию, принял советскую власть. Пусть кому-то больно, но это так. И будь я левым, тоже бы поостерегся — «левизна» Есенина очень специфическая. Не обольщайтесь.

Захар Прилепин написал потрясающую биографию. Объём поднятых данных поражает. Не читал его романы, но то, как бережно он восстанавливает для нас жизни замечательных людей, не примешивая свои личные убеждения, достойно похвалы и всяческого внимания.
(Максим Михейкин)

2.
Сегодня утром перевернула последнюю страницу романа З. Прилепина «Обитель». Перечитала второй раз. Первый раз буквально проглотила шесть лет назад у Маши в Саратове. Тогда читала каждую свободную минутку. Потом купила свою книгу и она встала на мою полку, где собран почти весь Прилепин. Я внимательно слежу за его жизнью и творчеством, подписана на его группу в контакте, в инстаграм…
И вот снова открыла этот роман, потому что давно уже чувствовала потребность перечитать. Перечитывать вообще хорошо, правильно, потому что в первый раз мало что замечаешь.
Читала медленно, вдумчиво. По мере чтения понимала, что действительно очень многое ускользнуло из внимания. В памяти оставался костяк сюжета, отдельные сцены, которые не могли не потрясти (Артем Горяинов на Лисьем острове, он же на Секирке, он же в строю после побега…)
Теперь же я услышала автора, смогла отделить его голос от голосов персонажей. И автор (писатель) стал для меня еще более интересен.
Соловки – место, куда давно уже стремится моя душа. Почему? Не знаю. Но я уже лет двадцать мечтаю совершить путешествие к Белому морю. Русский Север, Архангельск, холодные северные моря притягивают мое воображение, волнуют. Очень обидно думать, что могу не успеть. Вечно нет денег, что-то мешает. Хочется не с туристами и не с паломниками, а одной (или лучше даже – с детьми!). И немного пожить там, хотя бы дня два-три…
Прилепин там жил, он пропитался воздухом Соловков, историей этого острова. Поэтому на страницах «Обители» вырастает громада Соловецкого Кремля. И мы оказываемся внутри его, оглядываемся на него с вершины Секирной горы, с другого острова, и даже когда уплываем в открытое море, он все светит нам мерцающим огоньком своего маяка. Хочется самой услышать соловецких чаек (так ли нестерпим их крик?), хочется убедиться, что цветы на острове не пахнут, зато ветер соленый и пахнет рыбой. Хочется потрогать своей рукой соловецкие валуны, поклониться святым мощам соловецких праведников и новомучеников…
«Некоторые не попадут в ад» – роман-фантасмагория. Но мне кажется, что «Обитель» тоже фантасмагория. Все перемешалось в этой книге: предания и современность, жизнь отдельного человека и целого поколения, святость и бездна греха.
Прилепин никого не судит, он оставляет читателю возможность самому думать, опираясь не столько на факты, сколько на то, что освобождается в душе, потрясенной происходящим на страницах произведения.
Артем Горяинов, чьими глазами мы смотрим на лагерный мир, видит и замечает многое, но не додумывает до конца. Он намеренно останавливает себя на полпути. И ведь не потому что глуп или неразвит, или уж испорчен до такой степени. Нет. В нем живет боль, которую он глубоко-глубоко прячет. И если бы герой позволил себе жить не на поверхности бытия, в его первом слое, то пропал бы, погиб сразу. Об этом можно много говорить. Но мне хочется остановиться на проблеме отцеубийства. Что нам известно из романа?
Артем Горяинов попал в СЛОН как человек, совершивший бытовое преступление – он убил своего отца.
Обстоятельства этого преступления Артем открывает только Галине в редкую минуту душевного надрыва [с. ]. Об этих обстоятельствах он не упоминает даже на суде, хотя, без сомнения, мог бы получить гораздо меньший срок. Артем как бы похоронил на дне своего сознания воспоминания о своей семье, своем детстве, своих отношениях с родителями. Сведений об этом в романе очень-очень мало. Да, нам известно, что герой учился в гимназии, что в подростковом возрасте он совершал какие-то неблаговидные поступки, что у него был брат: «Мама моя так шутила, когда мы с братом собирались к вечеру и просили ужинать: «А мальчишкам-дуракам толстой палкой по бокам!» – вдруг вспомнил Артем, невесело ухмыляясь. Знала бы…» [с.29]. Важнейшим обстоятельством, позволяющим нам приблизиться к пониманию героя, является то, что он любит поэзию. Стихотворные строчки, всплывающие в его памяти в самые, казалось бы, неподходящие моменты, обладают удивительным свойством уменьшать душевную тревогу, гармонизировать внутреннее состояние. Не случайна в связи с этим взаимная симпатия Горяинова и Афанасьева. Они во много похожи.
Артем привязан к матери, жалеет ее, бережет подушечку, которую прислала ему мать (зарывается в нее, как в материнские колени). Ждет посылки от матери, не хочет отдавать блатным продукты, которые она ему присылает, потому что чувствует обиду за нее (она отказывает себе, отрывает от себя ради своего сына, а не ради Ксивы и ему подобных). Но при этом он не хочет (не может) видеть мать, когда она приезжает, не пишет ей, называет ее «неумной.
Мне кажется, что разгадка характера Артема Горяинова именно в его отношении к родителям. А может быть, не только характера героя. Возможно, здесь ключ ко всему произведению.
Артем «боготворил» своего отца. Это очень важное признание. Он убил не из-за ненависти, не потому, что застал отца с другой женщиной, а тому, что не вынес его наготы.
Вообще образ отца, его присутствие-отсутствие практически все определяет в мире этого романа. Соловки – обитель. Интересно, что у этого слова есть два совершенно противоположных значения. Обитель – монастырь, то есть место, где спасаются от дольнего мира: «В Соловецком монастыре оставался один действующий храм – святого Онуфрия, что стоял на погосте. С тех пор как лагерь возглавил Эйхманис, там вновь разрешили проводить службы и любой зэка, имевший «сведение» – постоянный пропуск на выход за пределы монастыря, – мог их посещать» [с. 33].
В то же время всем известно устойчивое выражение обитель зла. Автор рисует страшную картину разорения старого кладбища, которое предназначалось отныне для скотного двора. Заключенные сначала неохотно, а потом все более входя в раж, уничтожали памятники, рубили и сжигали кресты: «Будто бы восторг святотатства отражался порой в лицах» [с.35]. Артему приходят в голову странные мысли: есть в том, что они делают, грех или нет. Картина происходящего показана его глазами, поэтому иногда описание звучит с нарочитой иронией, даже некоторым цинизмом. Но, мне кажется, за это прячется испуганная душа людей, не способных противостоять обстоятельствам. Характерен диалог чеченца с казаком Лажечниковым. Чеченец сказал: «Нам сказали б ломать свое кладбище – никто не тронул. Умер бы, а не тронул. А вы сломали» – «Мы из терских. Когда вас, воров, давили – вы кладбища за собой не утаскивали, оставляли нам своих покойников, чтоб мы потоптали» [с. 36]. Лажечников потом расплатится за свои слова, умрет от побоев. И забьют его не конвойные, чеченцы, такие же заключенные, как он сам.
В романе несколько раз звучит эта мысль: убивают, насилуют и мучают в основном зэки себя сами. Люди, потерявшие образ и подобие божие, люди, утратившие нравственное чувство.
Как это совмещается? Очень просто. Так же, как совмещается, сосуществуют добро и зло, святость и грех. Преступления в нашем мире от века. От Адама и Ноя.
Ной – второй Адам, который после пересотворения мира потопом начинает возделывать землю. Революция в России была подобна потопу, и после нее вновь нужно было научиться жить и хозяйствовать на своей земле. Соловки – это место, где должен был появиться новый человек, человек обновленного мира.
Артем Горяинов (как и миллионы его соотечественников) должен был стать таким новым человеком. Но он, подобно ветхозаветному Хаму, увидел наготу своего отца и не вынес. Это зрелище пробудило в нем целый комплекс переживаний, главное из которых – чувство вины. Он одновременно переживал и нес в себе груз своей вины и вины отца. Отец был не праведником, как у Хама, а грешником. И его вина легла на совесть сына. Этот груз был так тяжел, что «ветхий» человек предпочел не углубляться, жить на поверхности, барахтаться в своем теле, прислушиваясь к требованиям плоти.
Но и у него была не высказанная потребность в отцовском пригляде.
В начале романа мы видим, как Артем сближается с Василием Петровичем, человеком, значительно старшим по возрасту, который поддерживает его добрым словом, даже подкармливает (угощает ягодами, чаем, бубликом…). Василий Петрович замечает, что Артем «спит сном праведника в аду». На что тот отвечает, что праведники как раз спят плохо. Он как бы не позволяет даже допустить, что его можно отнести к праведникам.
Артем прислушивается к тому, что говорит ему Василий Петрович, но открываться перед ним не торопится. Что-то в этом человеке его настораживает. Может быть, несоответствие между выражением лица и руками, покрытыми густым белым волосом? «Руки как будто другого человека», думал Артем…» [с. 39]. В дальнейшем мы убедимся, что интуиция Артема не подвела. Василий Петрович не случайно попал на Соловки, его совесть отягощена, но он ни в чем не раскаивается, а просто хочет затеряться, а если удастся, то и взять реванш. Во время Гражданской войны он служил у Колчака и изощренно пытал попавших в плен красноармейцев.
Это не все. Я к этому еще вернусь.
(Екатерина Ясакова)

(no subject)

Прекрасные стихи нашего брата Семена Пегова, военкора и поэта.

Sem Pegov /ФБ/

***
Л.Д.
Бог не играет в кости, не ходит в гости, не носит трости,
Не умирает от скуки, не нуждается в кровле, и не хромает
И если от нас к нему перебросить мостик,
Он накормит малиной, расскажет сказку, покатает нас на трамвае.
Бог - это бабушка Люба, жена капитана, бухгалтер Облисполкома,
Вспоминаю Её изнурённый жизнью избыток сердца.
Она отошла тяжело болея в одной из двух наших комнат -
В небо там до сих пор приоткрыта дверца.
Бог - это бабушка Люба, поверьте, никак иначе -
Горе тому, кто не понял меня и в мыслях Её охаял.
Бог - это смуглая кожа Её и сорняки на даче -
Там, где с лопатой Она грядки копает совсем сухая.
Бог - это ласковый прут, что в детстве хлыстал по жопе -
За то, что купался в фонтане - в любви, не в злобе.
Бог - это мама моя в бабушкиной утробе,
Голубые глаза и ладоней Её мозоли.
Последние десять лет бабушка Люба жила в деревне
С прабабушкой Настей. Внутри временного шва.
Я приезжал туда наносить воды и смотреть деревья.
Господи не уходи от меня, как Она ушла.

(no subject)

Самое страшное: судьба украинских экспертов. Я совсем не вижу на ток-шоу Трухана, Янины, Ковтуна, Карасева - как они будут жить? На что? Вы подумали?
Им что, домой возвращаться? На Украину?!?
Зверьё вы, ничего святого.