Классические стихи, между тем. Между всех этих тем.
"""""
Александр Кабанов /ФБ/
КАЗНЬ СЕПАРАТИСТКИ
На утро – объявили чистку,
чтоб ужаснулся враг,
и я повел сепаратистку
расстреливать в овраг.
Глухой рассвет лакал из миски
подснежники в росе,
и я сказал сепаратистке:
вы наркоманки, все.
Она ответила, не глядя
в глаза своей судьбы:
да, все мы – путинские бляди,
российские рабы.
И звезды сыпались в карманы
тумана у реки:
да, мы не только наркоманы,
мы – алкоголики.
Мы - злая, выжженная раса
последних горняков,
мы степь, мы хлеб и соль Донбасса,
и племя ходоков.
Ну как ее не расстрелять бы
в затылок и в живот:
но, верю я – до нашей свадьбы –
воскреснет, доживет.
23.12.2017
"""""
Александр Кабанов /ФБ/
КАЗНЬ СЕПАРАТИСТКИ
На утро – объявили чистку,
чтоб ужаснулся враг,
и я повел сепаратистку
расстреливать в овраг.
Глухой рассвет лакал из миски
подснежники в росе,
и я сказал сепаратистке:
вы наркоманки, все.
Она ответила, не глядя
в глаза своей судьбы:
да, все мы – путинские бляди,
российские рабы.
И звезды сыпались в карманы
тумана у реки:
да, мы не только наркоманы,
мы – алкоголики.
Мы - злая, выжженная раса
последних горняков,
мы степь, мы хлеб и соль Донбасса,
и племя ходоков.
Ну как ее не расстрелять бы
в затылок и в живот:
но, верю я – до нашей свадьбы –
воскреснет, доживет.
23.12.2017
Но, давайте вспомним настоящее.Вот начало:
"Черный крест на груди итальянца.
Ни резьбы,ни узора. ни глянца.
Небогатым семейством хранимый
и единственным сыном носимый..."
И вот концовка:
"Я не дам свою родину вывезти
за простор чужеземных морей.
Я стреляю.
И нет справедливости
справедливее пули моей!"
И веришь. Потому что в первом случае лжемилосердие, лжечеловечность. А во втором - единственно верное решение, справедливее которого быть не может.
БАНДИТКА
Я вел расстреливать бандитку.
Она пощады не просила.
Смотрела гордо и сердито.
Платок от боли закусила.
Потом сказала: «Слушай, хлопец,
Я все равно от пули сгину.
Дай перед тем, как будешь хлопать,
Дай поглядеть на Украину.
На Украине кони скачут
Под стягом с именем Бандеры.
На Украине ружья прячут,
На Украине ищут веры.
Кипит зеленая горилка
В белёных хатах под Березно,
И пьяным москалям с ухмылкой
В затылки тычутся обрезы.
Пора пограбить печенегам!
Пора поплакать русским бабам!
Довольно украинским хлебом
Кормиться москалям и швабам!
Им не жиреть на нашем сале
И нашей водкой не обпиться!
Еще не начисто вписали
Хохлов в Россию летописцы!
Пускай уздечкой, как монистом,
Позвякает бульбаш по полю!
Нехай як хочут коммунисты
В своей Руси будуют волю…
Придуманы колхозы ими
Для ротозея и растяпы.
Нам все равно на Украине,
НКВД или гестапо».
И я сказал: «Пошли, гадюка,
Получишь то, что заслужила.
Не ты ль вчера ножом без звука
Дружка навеки уложила.
Таких, как ты, полно по свету,
Таких, как он, на свете мало.
Так помирать тебе в кювете,
Не ожидая трибунала».
Мы шли. А поле было дико.
В дубраве птица голосила.
Я вел расстреливать бандитку.
Она пощады не просила.
1946
А потом однажды на улицы выйдут танки,
темно-зеленые морды с открытым дулом,
опустеют города, деревни и полустанки,
смерть взяла свое - и более не вернула.
Провода повиснут, замолчат безжизенно окна,
ваше слово, товарищ танковый пулемет.
Только маленький желтый мишка лежит одиноко
у окна в подвал, ногами плюшевыми вперед.
И когда не останется дома, цветов и мамы,
только летний лагерь на западном рубеже -
поднимутся куклы с синими волосами
и велосипеды, забытые в гараже.
И пойдут домашние львы со свалявшейся гривой,
вспомнят, что они же хищные и опасные.
И ползут опустевшие улицы - тихо, криво.
На июльских кленах листья от жара красные.
Тише, тише, ты не бойся, все будет славно.
По пустому городу последняя армия строится.
Гусеница Мурзик у них за главного,
а после него - пластмассовый викинг-пропойца.
Если те, кто старше - отступили и обманули,
то игрушки пойдут воевать, и взаправду даже.
И пока они здесь стоят - никакие пули,
никакие ракеты не смогут дальше.
Edited at 2017-12-27 08:49 (UTC)