Полистал на сон грядущий украинские СМИ. Короче, вышло несколько десятков новостей, посвящённых нам, мне. И, знаете, я даже стал переживать как их там ломает.
С одной стороны, значит, я объелся амфетаминов и лечусь в Москве.
Но, с другой, я лично участвую в обстреле мирных сёл.
Но, с третьей, батальон у меня фейковый, а видео боёв - постановочные.
Но, с четвёртой, я военный преступник и собираюсь на Киев.
И вот им хочется объять необъятное.
Батальон прошёл километр в серую зону, но батальона при этом нет. (Кто же тогда прошёл в серую зону? Ах, отстаньте).
Прилепин лечится от какой-то там зависимости, но совершает военные преступления при этом. (Как же ж он успевает?)
И вот эти несчастные люди, собратья наши, скромные читатели Интернета, живут внутри этого гвалта - глупейшего, взаимоисключающего - и как-то выплывают.
Или не выплывают.
С одной стороны, значит, я объелся амфетаминов и лечусь в Москве.
Но, с другой, я лично участвую в обстреле мирных сёл.
Но, с третьей, батальон у меня фейковый, а видео боёв - постановочные.
Но, с четвёртой, я военный преступник и собираюсь на Киев.
И вот им хочется объять необъятное.
Батальон прошёл километр в серую зону, но батальона при этом нет. (Кто же тогда прошёл в серую зону? Ах, отстаньте).
Прилепин лечится от какой-то там зависимости, но совершает военные преступления при этом. (Как же ж он успевает?)
И вот эти несчастные люди, собратья наши, скромные читатели Интернета, живут внутри этого гвалта - глупейшего, взаимоисключающего - и как-то выплывают.
Или не выплывают.
Парня какого-то в нашей столице.
Где Захар? Где Захар?! - этот вопрос будоражит умы. Его видели в Москве, его слышали в Нижнем, о нем говорили в Донецке, о нем писали в Киеве, о нем читали в Нью-Йорке...
О, неуловимый Джо, таинственный романтический герой Юго-Востока Украины! Где искать твои следы? Куда занесла тебя военная фортуна? И куда занесет она тебя завтра?