Конечно, и они в чем-то Россия (и такая Россия была здесь всегда, чего уж), и мы.

И, конечно же, и Земфира, и Чулпан, и Алла Галкина вернутся в Россию, и будут, как и прежде собирать свои залы. Никто им въезд не запретит.

Проблема только в одном у Андрея Вадимовича. У него есть «настоящая Россия» (они) и есть «мудачьё» (мы).
У него всё просто, без полутонов.

Причём «мудачья» в его понимании тут три четверти. И это его злит. Искренне, по-детски, неистово.

И вот эта психология барина, помещика, душевладельца - она всё время в нем (в них) кипит. Хочется пороть, наказывать, даже головы рубить иногда.

А возможности нет. Обидно же.