November 20th, 2020

(no subject)

Встретились под одним письмом с Гребенщиковым и Сокуровым. Хоть что-то общее есть. Наверное, хорошо. Я, правда, считаю, что вхождение в состав России любой территории - защита более надёжная, чем ЮНЕСКО.

https://tass.ru/obschestvo/10049737

(no subject)

Из рубрики «Чтобы помнили».
Роман Виктюк. Интервью.
"Взять хотя бы Вас, Роман Григорьевич! А потом, может быть, в этом, как раз, и кроется причина, как бы это сказать помягче, «нелюбви» к евреям на Западной Украине?
- Враньё! Никакой «нелюбви» нет! Не стоит путать отношение властей к евреям, скажем, в период коммунистического правления, и отношение простых людей. Я вспоминаю свой родной двор в самом центре Львова – евреев в нём было намного больше, чем поляков…
- …И русских?..
- Русских тогда во Львове вообще не было, они к нам потом на танках пожаловали и всё делали наоборот. А все мои друзья детства из нашего двора живут теперь в Израиле. В детстве, когда им бывало плохо, моя мама приглашала всех к нам, на обед. А сегодня, здесь в Израиле, меня зовут в гости и Фрида, и Моня, и Палечка… Антисемитизм – это не украинское понятие.
Знаешь, что сделал в своё время бывший мэр Львова, поэт Василий Куйбеда? Когда Украина получила свободу и «нэзалежнiсть», он поднял краном огромного бронзового Ленина на центральной площади города. И оказалось, что памятник, основанием своим, стоял на могильных плитах, свезённых с трёх разных кладбищ. Коммунисты не потрудились даже затереть фамилии умерших украинцев, поляков и евреев на этих плитах. Такое получилось человеческое единение трёх наций, что русские обходили это место далеко стороной.
- Когда-нибудь ваши львовские биографы напишут, что украинский мальчик Рома Виктюк провёл детство в «чуждой» семитской среде.
- Так получилось, что «чуждой» для меня стала совсем иная среда. А детские годы, действительно были насквозь еврейскими. Вся кухня, которая у нас готовилась – у меня и в мыслях не было, что существует какая-то другая еда, кроме фиш или чолнт. В доме, где жила моя семья, двери всех квартир всегда были открыты. Не только еда с её фантастическими запахами кочевала из семьи в семью, но и традиции, нормы жизни. И эта искренняя и добрая дружба между поляками, украинцами и евреями для коммунистов была просто нестерпима. Спустя многие десятилетия, приезжая в Израиль, я хочу возвратить себе все нормы, забытые в далеком сказочном детстве.
- Сдаётся мне, русские, приехавшие в танках освобождать Западную Украину, не слишком вписываются в сию идиллическую картину…
- Когда русские приехали в город, они грабили квартиры, находили длинные ночные женские рубашки, одевали их как платья, надевали свои валенки, в которых они приехали и в таком «прикиде» отправлялись в театр. Для них, прибывших из самых дремучих российских лесов и совершенно не подозревавших о наличии парфюма и нормального мыла, львовская действительность с её кафе, ресторанами, обычаями и нравами, стала абсолютнейшим потрясением. Так было!..
- Сегодня вы живёте в самом центре Москвы. Это не про вашу квартиру Михалков написал «А из нашего окна Площадь Красная видна»?
- В моей квартире жил когда-то сын Сталина. Там два балкона: один выходит на Думу, а другой – на Кремль. Выходя на первый балкон, я произношу обычно три слова: «Ёб твою мать!» А когда выхожу на балкон «кремлёвский» и гляжу на то самое окошко, за которым сидел Сталин, то говорю: «Х.й с ним!» И вот с этим благоговением я начинаю день."
Конец цитаты.